Три танкиста - Денис Стрельцов

Когда броня была крепка и танки быстры,

Летел по небу вражий самолёт,

Внизу по полю двигались танкисты

По направленью, кажется, вперёд.

Измотан враг таким передвиженьем:

Куда лететь сам чёрт не разберёт.

Ведь три танкиста выпили по триста,

Ну, а четвёртый выпил восемьсот.

Броня крепка, как корка у арбуза,

А экипажа в мире нет храбрей.

Ведь, пацаны со всех концов союза:

Татарин, чукча, русский и еврей.

В эфире слышен только мат радиста,

На подвиг срочно Родина зовёт,

И все ребята хлопнули по триста,

А кое-кто осилил восемьсот.

В лихой атаке землю сотрясая,

Разгромлен склад тушёнки и вина.

И с благодарностью танкистов вспоминая,

Не зарастёт туда народная тропа.

Ушли ребята дальше бить фашистов,

Но ни один в селе вам не соврёт,

Как три танкиста выпили по триста,

Ну, а четвёртый выпил восемьсот.

Звезда светила в небе над Берлином.

Звезда-- для танка слабый ориентир.

Но чтоб с пути победного не сбиться,

Решенье принял храбрый командир.

Мы не уроним честь советского танкиста,

не будем ждать куда судьба нас занесёт.

Для ориентации, как минимум, по триста,

А кто осилил-- можно восемьсот.

Не раз от смерти уходили напевая,

И возникали снова, как мираж.

Не так страшна машина боевая--

Страшней её весёлый экипаж.

Сложили песню блатари и гармонисты,

Поёт ту песню весь честной народ,

Как три танкиста выпили по триста,

Ну, а четвёртый выпил восемьсот.

Quando l'armatura era forte e i carri armati erano veloci,

Un aereo nemico ha attraversato il cielo,

Le petroliere si stavano spostando lungo il campo

La direzione sembra essere avanti.

Il nemico è sfinito da un tale movimento:

Dove volare il diavolo stesso non capirà.

Dopotutto, tre petroliere ne hanno bevute trecento ciascuna,

Ebbene, il quarto ne ha bevuti ottocento.

L'armatura è forte come la scorza di un cocomero,

E non esiste equipaggio più coraggioso al mondo.

Dopotutto, ragazzi di tutto il sindacato:

Tatar, Chukchi, russo ed ebreo.

In onda si sente solo il tappeto dell'operatore radio,

La Patria chiede urgentemente un'impresa,

E tutti i ragazzi hanno applaudito trecento,

E qualcuno ha imparato ottocento.

In un attacco impetuoso, scuotendo la terra,

Il magazzino dello stufato e del vino è stato distrutto.

E ricordando con gratitudine i petrolieri,

Il sentiero popolare non crescerà lì.

I ragazzi hanno continuato a battere i nazisti,

Ma nessuno nel villaggio ti mentirà,

Come tre petroliere ne hanno bevute trecento ciascuna,

Ebbene, il quarto ne ha bevuti ottocento.

Una stella brillava nel cielo sopra Berlino.

Una stella è una guida debole per un carro armato.

Ma per non deviare dalla vittoriosa via,

La decisione è stata presa da un comandante coraggioso.

Non lasceremo cadere l'onore della petroliera sovietica,

Non aspettiamo dove ci porterà il destino.

Per orientarsi, almeno trecento,

E chi ha imparato - ottocento possono essere.

Più di una volta dalla morte se ne andarono cantando,

E risorgono come un miraggio.

Macchina da combattimento non così terribile...

Più terribile del suo allegro equipaggio.

Blatari e fisarmonicisti hanno composto una canzone,

Tutte le persone oneste cantano quella canzone,

Come tre petroliere ne hanno bevute trecento ciascuna,

Ebbene, il quarto ne ha bevuti ottocento.